«

»

Июн 13

Распечатать Запись

Тренинг ВиктОра: вчера, сегодня, завтра

v7gcbhhClOEМы об этом уже говорили и будем говорить. Тренинг ВиктОра продолжает жить и развиваться. И вот сегодня мы с Екатериной Томашевской снова обсуждаем это… и, думаю, не в последний раз…
Беседу ведет Наталья Гусарова.
Н.Г.: Ты живой носитель, прямая научная наследница ВиктОра, ты пытаешься максимально сохранить его дух и манеру ведения тренинга. Как тебе это удается и сможет ли это сделать кто-то другой?
Е.Т.: Да, можно, действительно, сказать, что тренинг достался по наследству. Когда-то я пришла к ВиктОру, как и многие приходили. Было это в самом конце 2005 года. Вошла и не вышла… до сих пор. До сих пор идут тренинги в его штаб-квартире на Смолячкова.
Н.Г.: Помещение сохраняет в первозданном виде его вдова Диана, а ты сохраняешь нам смыслы, сам дух учителя. Как ты говоришь: частица и волна.
Е.Т.: Диана много сохраняет и волн тоже. С ней он делился многими сокровенными мыслями. А квартиру и мы по мере сил пытаемся содержать в порядке. Так что волны здесь сливаются, а частицы складываются. Все как заведено во Вселенной.
Сохранение авторского содержания и авторской манеры ведения я, действительно, считаю своей главной задачей. Именно так грубо, жестко, страшно, неприкрыто, порой грязно… с чьей-то точки зрения… Но при этом и легко, смешно, искренне, живо, ярко, простым доступном людям языком…https://youtu.be/jo6oa3rvEeU
Вот изначальное название тренинга некоторые организаторы, с которыми я теперь сотрудничаю, порой делают более простым и ясным.
Конечно, «Роскошь системного самопознания или введение в системно-векторный психоанализ» наиболее полно отражает суть, но далеко не все потенциальные клиенты возьмут на себя труд даже прочитать его до конца. Да и раньше не на это название шли. Шли просто на тренинг ВиктОра. Все мы периодически говорили своим близким: «Ты не проходил ВиктОра?! Срочно иди!» И все. «Сарафанное радио» много лет носило этот позывной.
Н.Г.: И до сих пор носит. А напомни-ка сейчас историю с его именем: почему ВиктОр?
Е.Т.: Разумеется, не на французский манер. Всюду и везде славянское начало: ВИК и ТОР. А назвали его так дети. Вел он тогда, в самом начале своей психологической деятельности, какую-то детскую группу в школе. Вот идет занятие… И вдруг пацаненок один говорит ему: «слушай, а ты не ВИктор, ты ВиктОр». Прислушался Толкачев, подумал и говорит: «Да, я ВиктОр!» Всего-то смена ударения, а как сильно это повлияло на его самовосприятие и всю дальнейшую деятельность. Имя – это звуковая волна, которая летит в человека чаще всех остальных. И если вдруг случилось, что волна эта ему некомфортна, «режет ухо», рвет, оглушает, притупляет, тормозит, распыляет, даже убивает порой – это катастрофа для капсулы живого вещества. Правда, не для любой. Есть ребята, которых «хоть горшком назови»… А есть и другие, которым эта нестройная волна не просто настроение портит, а боль причиняет, весь творческий потенциал душит – вплоть до полного слома жизненного сценария. Помнишь, ВиктОр часто переименовывал участников тренинга, и они так и жили дальше с этими именами и были довольны. В данном же случае произошла всего лишь перестановка ударения. А как это оказалось существенно. Имя, как и любое слово, имеет две мощные опоры – заглавный морф и ударный. Это то, на чем слово держится. И вот что получилось. Морф И – волновой, дребезжащий, неустойчивый, разбросанный. Не зря же с него слово «Истерика» начинается. А морф О – оконтуренный, собранный, целостный, устойчивый. Таким и стал наш ВиктОр – с этого момента уже в полной мере.
y_6f2c220b
Н.Г.: А тебе ВиктОр не рекомендовал что-то в имени изменить?
Е.Т.: Мне мое имя нравится, но только в полной своей форме – Екатерина или Катерина. Все русские его сокращения крайне дискомфортны, эти «тя» калечат слух и как будто отнимают силы, тянут вниз, замедляют развитие, словно вязну в каше всяких «тюша», «тюха», «тюня» – душное болото какое-то. Так что просто убрала эти формы из обращения. Если надо покороче, то подходит весь спектр иностранных форм – Кэти, Кэт, Кейт, Катрин. Может потому, что во мне много разных иностранных кровей намешано. А вот ВиктОр называл меня единственно комфортным русским уменьшительным – Катька. Теперь у всех, кто знает меня с тех пор, проблемы с моим именем. Не назовешь ведь Катькой при клиентах. Что ж, теперь у нас всех все немного по другому.

Н.Г.: А в самом тренинге много пришлось убирать или рассказывать по-другому?
Е.Т.: Конечно, не без этого. Толкачев Виктор Константинович – одна капсула живого вещества и творческая индивидуальность, а Томашевская Екатерина Валерьевна – другая. Плохо это или хорошо? В любом случае – факт. Что-то я, безусловно, не могу утверждать от своего имени просто в силу отсутствия данного опыта, который у учителя был. Но был и у меня опыт, которого не было у него. И такого немало. Его опыт уже заложил основы учения и никуда не денется. Я этот опыт тоже доношу, лишь иначе. Также надеюсь, что мой опыт обогатит тренинг.
Н.Г.: А конкретный пример приведи. Кто проходил тренинг, то может и вспомнит, о чем речь.
Е.Т.: Например, знаменитый вопрос: «Сколько будет дважды два?» Я тоже ставлю этот вопрос, но иначе – не преподношу как фокус, а как бы воспроизвожу, реконструирую ситуацию теперь уже из истории тренинга. Все начинается так же. Все ваши запросы, проблемы, заставившие искать решение на тренинге – все сводится к одному… Самопознание. У человека есть только один инструмент достижения своих целей – он сам.
Н.Г.: Есть те, которые делают своими инструментами других. Ты знаешь, о ком это я…
Е.Т.: Они грамотно пользуются ими опять же с помощью инструмента «я сам». И у них он имеет гораздо более тонкие настройки… Ты знаешь, о чем это я…
Н.Г.: Ну да, верно.
Е.Т.: Так вот если этим инструментом «я сам» человек, – и это касается человека любого типа, – пользоваться умеет, то и все задачи на пути к цели будут выполнены качественно, и инструмент при этом не повредится, а лишь разработается и станет удобнее. При неумелом же использовании – понятно… что и говорить. Самопознание – это изучение человеком инструмента «я сам». Потом возникает удивительный эффект. Вдруг снисходит понимание, что во мне есть нечто мелкое, живущее своей жизнью. И я не замечаю этого, как Вселенная не замечает меня. Но я состою из этого, как и Вселенная состоит из таких мельчайших частиц, как я. Вдруг возникает удивительная перекличка микрокосма и макрокосма. Это благодаря тому, что ВиктОру удалось нащупать биение пульса универсальных вселенских законов и вплести эти смыслы в вены и нервы своего системного миропонимания. И дальше возникло удивительное явление – Толкачев вырастил живой организм тренинга вокруг этих клеточек матрицы космических смыслов. Чудо единения! Оказывается, что взрыв сверхновой где-то в глубинах далекой туманности и воспаление прыща на моей заднице случаются по единым законам. Это процессы, развивающиеся по общим фазам. И люди взаимодействуют по этим законам, и организации, и нации, и всякие организации наций… Так что изучая Вселенную, изучаем себя, а изучая себя, изучаем Вселенную. И это на протяжении всего тренинга. Вот тут-то я и предлагаю начать столь интимно-космический процесс с самого простого вопроса: «Сколько будет дважды два?» Если кто-то утверждает, что «дважды два равно четыре – всегда и везде на сто процентов», то я не делаю, что делал ВиктОр, а рассказываю, что он делал. И добавляю – почему… Раньше, давно, в советское время, когда тренинг шел подпольно, граждане, конечно, в большинстве своем, четко и без колебаний отвечали: «Дважды два четыре всегда и везде, как постановили партия и правительство». И никаких сомнений быть не могло. А теперь… При мне уже только оговорки и слышны были: «как посмотреть, смотря в какой системе исчисления, в учебнике написано так…» Страна изменилась, люди изменились. И ВиктОру было все труднее найти того, кто давал стопроцентный ответ.
виктор А как он радовался, когда такой персонаж объявлялся. Толкачев заставлял его или же ее выйти к доске написать, что дважды два четыре на сто процентов, поставить дату подпись. А затем Виктор на спор утверждал, что если он через две минуты разубедит его, то бедолага проиграл ему, великому и ужасному, пиво. На этом моя ораторская реконструкция заканчивается. Дальше теперь только жизненная история. Как ВиктОр радовался, когда было у кого выиграть пиво. Это ведь было единственное пиво, которое у него никто не отнимал. У него ведь был сахарный диабет – ничего этого нельзя. Но это выигранное на тренинге пиво было свято. Я сама, разумеется, никаких пари не заключаю. И не потому что не пью, а потому что люди теперь воспринимают мир по-другому и я им информацию иначе доношу. А история эта сразу же иначе высвечивает образ автора тренинга – с этого момента он для них живой человек.
Н.Г.: Ну, а как пиво-то выигрывал – расскажи теперь уже.
Е.Т.: Все просто. Тоже частица и волна. Ведь в чем здесь уловка? Это основа основ даже не только системно-векторного психоанализа, но даже и самого системного мышления – науки, с помощью которой был построен сам векторный. Он потому и системно-векторный. Системное мышление – наука, восходящая еще к Владимиру Александровичу Ганзену – учителю моего учителя. Был разработан особый способ думать, особая методика получения продуктов работы ума – мыслей. И мыслей системных. В основе лежит глобальное разделение всего окружающего, так сказать, на сущное и вещное, частицу и волну, субстрат и его функцию. А пример прост. Вот на столе стоит пустая корзина. Я кладу в корзину два антоновских яблока… и еще два антоновских яблока. Сколько антоновских яблок в корзине – реально?
Н.Г.: Четыре – как ни посмотри…
Е.Т.: На до же, и действительно. Не имеют два яблока такого свойства – срастаться из двух в одно, верно? Это возможно только если они срослись еще, так сказать, с детства. Росли так вот и получись… сиамские яблочки. Но это не наш случай. В корзине четыре яблока – факт. А если я спрошу: а сколько запахов антоновских яблок? Запах-то один. Молекулы, сливающиеся в запахи четырех яблок, слились в один поток, и уже никому не удастся разложить их снова на четыре исходные группы. Кто-то скажет «антоновское яблоко» имея в виду реальное яблоко, а кто-то – понюхав пробник дезодоранта. Кто что имел в виду, и как мы все вообще понимаем друг друга?.. То есть, не всегда, не всюду и не везде дважды два четыре. Цифры показывают одно, а жизнь вносит свои коррективы. Спасает знание системного закона. Весь мир, вся наблюдаемая реальность делится на две глобальные категории – частицу и волну. Частицу, материальный предмет, конкретную вещь можно потрогать, взвесить, измерить. Частицы просто складываются и раскладываются. Есть даже в языке существительные предметные: стол, стул, дом, самолет и тому подобное… С ними все ясно. А вот есть слова… например, настроение… Где оно, что оно, откуда берется, как его потрогаешь? Или эта, эта… та самая… любовь… Что это, что с ней делать? Чувствовать? А что такое чувство?.. Волна, которую не взвесишь, не измеришь. Свойство частицы – функция субстрата. И нельзя подходить к волне с критериями частицы и наоборот. Это и есть причина системного дребезга в общении, в философии, в искусстве… Нельзя цифрами измерить волну, ее не сложишь, как кирпичи. И наоборот не получится. А вот если каждый предмет или же явление в мире рассматривать с обоих системных позиций, то можно добиться достаточной полноты описания данной реальности. Это все ведь к тому, что данная человеческая типология так же рассматривает человека – и как частицу, и как волну. На каком-то уровне это набор мяса и костей, а на каком-то профессионал, творец высших духовных ценностей… Есть в человеке субстратная часть и есть функциональная. Так вот от какой частицы какую ждать волну, понимаешь? Вот куда приплыли…
Н.Г.: А всего-то четыре яблочка…
Е.Т.: И пиво.
Н.Г.: Так все у ВиктОра. Думаешь, говорит о каких-то бытовых мелочах, а тут же из всех щелей струится свет великой истины вселенского миропорядка… Тяжело, конечно, наверное, безумно тяжело в таком материале что-то менять и адаптировать?..
Е.Т.: У меня иногда складывается впечатление, что такая смысловая приспособляемость, будто заложена в сам организм тренинга для его выживания… Серьезно. Материал либо сопротивляется, и это сразу ясно – не идет и все. Либо же он сам подсказывает следующий ход своего изменения и развития. Он точно живой, я не шучу. Иногда даже самой страшно делается.
Н.Г.: Там у ВиктОра много было примеров – не только яблоки. Там тоже пришлось менять что-то?
Е.Т.: Вот этот непростой момент проскакиваем, а дальше уже можно гнать без изменений. Вопрос попроще: «Сколько будет один прибавить один?» Тут уже большинство хохочет: «Ну а тут в чем подвох?» Это все тоже примеры ВиктОра. «Вот сколько будет один прибавить один?» В учебнике написано два. А в жизни может сложится по-разному. Капаю я одну каплю и рядом с ней другую. В этом случае одна капля плюс одна капля дают в сумме две капли. Но стоит чуть передвинуть руку с пипеткой… Следующая капля попадет в предыдущую – они сольются и одна лужица получится. Теперь очевидно, что один прибавить один будет один. Плыло по небу два облака. Допустим, изменился ветер, и облака слились. Теперь их уже никак обратно не разделишь и двумя облаками не назовешь. Да по массе они остались массой двух облаков, ну или капель воды. Воды столько же, а назвать можно только иначе. Есть и обратный пример. У меня идея и у тебя идея. Мы встретились и обменялись идеями. Что на выходе? Каждый после такого обмена остался при своей идее. Она же не делась никуда. Но мы при этом обогатили друг друга, добавив еще идею. А твоя идея в моей голове – это уже совсем другая идея. И наоборот. Теперь у нас один прибавить один получилось равным четырем. Вот до чего договорились. А еще при жизни ВиктОра в программе «Что? Где? Когда?» я услышала другой вариант. У меня был секрет и у тебя был секрет. Мы с тобой обменялись секретами… И что? Ноль секретов. И то и другое перестало быть секретом. Что знают двое – то знает свинья.
13-3500Х3150Х886 Один прибавить один теперь уже равно нолю. Это дополнение я еще на тренинге у ВиктОра делала. Теперь вот постоянно добавляю к своему рассказу. Ввела и свои примеры. Когда-то кому-то пояснила и закрепила, как и ВиктОр раньше.
Количество и качество. Это тот самый закон Гегеля – закон перехода количества в качество, который все время опровергал ВиктОр. Знаменитая его фраза: «Когда кто-нибудь из запаха колбасы сделает батон колбасы, я поверю, что количество переходит в качество». Ни одно количество еще не перешло в качество и наоборот. Это два параллельных ряда, они не пересекаются никогда. Количество (частица) живет по своим законам – складывается и раскладывается. Качество (волна), сливаясь, нарастает скачкообразно. Это основа основ. Правда, действительно, часто возникает иллюзия перехода количества в качество. Это при сложении частиц, каждой из которых изначально присуща какая-то волна. Тогда количества складываются, а волны сливаются. Но это если этой частице действительно свойственная эта волна. А уже если нет такого свойства, то тут уж как не складывай. Вот тут-то и понадобились конкретные примеры. И рождались они прямо на тренинге. Я обычно сначала говорю, как мне больше нравится, потом смотрю, что именно непонятно и разъясняю уже конкретно каждому. Так и здесь было. Кто-то что-то не понял… Вот первый случай, когда функции нет. Допустим, мне нужно одно материальное тело (гвоздь) забить в материальное тело (доску). И нет у меня для этого никакого иного материального тела, кроме фотоаппарата. У него имеется данная функция. Она не главная и слабая, но что можно. Правда, для фотоаппарата использование этой побочной функции может оказаться фатальным, но что поделать… Надо – так надо. В результате фотоаппарат сильно испорчен, а то и не восстановим, да и гвоздь забит слабо – болтается. Если же прибегнуть к основной функции специально для этого созданного материального тела (молотка), то успех нам гарантирован. И гвоздь сидит как влитой, и молоток цел. А вот удастся ли нам тремя молотками сфотографировать? А десятью? Да хоть тысячу молотков собери… Нет у них качества, и не во что переходить количеству. А кому хочется оказаться в роли разбитого о гвоздь фотоаппарата? А ведь частенько жизненные обстоятельства вынуждают к этому. И неизвестно, насколько легче «молотку», с которого «фотографию» требуют. Хотя каждый мог бы радостно заниматься своим делом. А вот пример иллюзии перехода количества в качество. Ты крепко спишь, а я кладу на тебя зернышко риса. Правда, у этого маленького зернышка есть функция оказывать на тебя давления в силу закона гравитации? Муравьи потащат это тяжеленное для них зерно вдвоем или вчетвером. Но для тебя его давление будет практически незаметно, ты даже не проснешься. Если же я переверну на тебя килограммовый пакет риса, то ты явно уже вскочишь. А высыпать на тебя машину риса, мы тебя и вовсе потеряем. В этом случае у каждого маленького зернышка была маленькая функция – давить на тебя. Субстратные зернышки сложились одно к одному, а их функциональные волны слились в одну. Но здесь такая волна была у частицы изначально.
Вот эти примеры родились и закрепились, а знаменитый пример с кирпичом я один раз дополнила, так он теперь и состоит из двух частей.
Субстрат фукционален, а функция субстратогенна. Переведу, переведу… У каждой волны есть породившая ее частица. Делаемое делается чем-то делающим. И каждая, абсолютно каждая, частица имеет функцию и часто намного больше одной. Сколько разных функций у стула, например. А у какой-то фабрики есть функция делать стулья. Сделанное чем-то делающим тоже делает что-то еще. Волна порождается частицей и может менять другие частицы. То есть если у тебя под глазом фингал, значит где-то точно есть материальное тело… допустим, кулак, у которого есть функция двинуть в морду. Количество и качество, частица и волна, субстрат и функция – это параллельные ряды, которые влияют друг на друга по системным законам. И у каждого материального тела есть одна общая функция – нести какую-то информацию. Что-то всегда говорит что-то о чем-то. Самим своим существованием в той или иной форме с тем или иным содержанием.
17-3500Х2450Х886Вот тут-то и идем мимо кирпича. Смотри, ты идешь по дороге, и на этой самой дороге лежит кирпич. Правда, мы можем его взвесить, измерить, поскрести, постучать по нему или им себе по голове или спутнику… Это частица. А вот мысли которые возникают у проходящих мимо по поводу этого кирпича уже не соберешь, не взвесишь и не измеришь… Я же каждого участника спрашиваю, какие мысли у него возникают… «Зачем лежит? Откуда упал? Кто бросил? Надо бы отодвинуть, чтобы кто не споткнулся. Добро пропадает! Прихвачу себе на дачу…» Каких только ответов за эти годы не наслушались – и ВиктОр в свое время, и теперь я… Но в чем-то эти разнообразные мысли имеют и сходство. Тут я как-то и решила: дай-ка я поменяю материальное тело и посмотрю, как изменятся мысли. Теперь ты идешь по дороге и лежит там не кирпич… а использованный презерватив… Куда только не понеслись их мысли. Люди, уже загруженные философскими системными размышлениями, всегда в этом месте… ну прямо оживают. Многие выказывают отвращение, но в целом все резко веселятся… Другое материальное тело порождает другие мысли, но и они имеют некоторое сходство. И их тоже ни взвесить, ни измерить. Их стягивает морф С… и получается С-мысл – стяг мыслей по поводу кирпича или презерватива, то есть по какому-то признаку. Эти мысли как бы принесло с собой материальное тело. Ибо есть у него такая функция.
А то материальное тело, которое несет СМЫСЛЫ, называется символ. Классический вопрос ВиктОра: «Из какого языка слово СИМВОЛ?» Три классических ответа: греческий, латынь, английский. Звучит действительно похоже на всех трех языках: греческое σύμβολο и английское из латыни symbol. Там-то так… Но вот откуда? ВиктОр утверждал, что все эти ваши умные иностранные слова и их заумные производные изначально наши: «Греки все украли у нас!» Славянские корни просвечивают, стоит лишь чуть потереть это словечко. Так и здесь: послушайте слово СИМ-ВОЛ. Что такое СИМ? Это СИЕ – старая форма ЭТО. СИМ – ЭТИМ. ВОЛю – велю, повелеваю думать то-то, так-то… Кирпичом велю думать одно, а презервативом – другое. Символ и смысл. Символы (частица) складываются, а смыслы (волна) сливаются. Основа основ.
Любое материальное тело является символом смысла. Камень, дерево, целый город, вся Вселенная – это материальные тела, несущие смыслы. И человек, разумеется, тоже является символом смысла. Вся соматопсихологическая типология построена на этом.
Н.Г.: Ведь эти смыслы можно прочитать по символу и построить линию поведения с этим человеком?
Е.Т.: Для того и нужна типология.
Н.Г.: Знаменитый слоган ВиктОра: «Две секунды взглянув на человека, знать о нем много больше, чем он сам знает о себе!»
Е.Т.: Весь внешний вид не то что говорит – он кричит том, что внутри. Тут складывается воедино все, что одето, напялено, натянуто, причесано, приколото, накрашено, наклеено, выщипано, зачесано, прилизано, отглажено, измято, скошено, навешано, заштопано, украшено, накинуто, взято с собой… Все это созидаемое самим собой из самого себя создает портрет собственно созидателя. Явление называется «предъявительный иероглиф». И это еще не все. Обязательно учитывается, как ходит, говорит, жестикулирует, поза, мимика… Очень важны цветовые и формовые предпочтения. Это просто целый мир смыслов. Созидаемое – портрет созидателя. Любое произведение – это донос автора на самого себя. И характеризуя других, даем характеристику себе в первую очередь. В других видим отражение своих проблем. Хотите, чтобы человек все о себе выложил – обсудите с ним кого-то другого.
Н.Г.: Получается у тебя так же считывать по внешности человека его внутреннюю сущность, как делал это ВиктОр?
Е.Т.: «Две секунды взглянув на человека знать о нем больше, чем он сам знает о себе!» Это, конечно, здорово… И во многом это удается. Но не со всеми и не во всем. Если это сложная противоречивая натура, с целым букетом глубинных внутренних функций, узнать можно, может, и больше, чем сам их носитель, но все со всех проявлениях. Есть очень многогранные персонажи. Тут двух секунд и пассивного наблюдения маловато будет. На человечка слегка потереть, повертеть, растрясти на предмет каков он в действии, и каковы его предпочтения, не проявленные в предъявительном иероглифе. Где бы сел, как бы себя повел в такой-то ситуации, как быстро реагирует, какое хобби, образование… Все это нужно ловко закамуфлировать под милый светский обмен мнениями и новостями. Вроде бы болтаем за кофе, один распаковывает другого да еще следит, не вскрывает ли этот, кажется, наивный и милый парень на самом деле по тихому его самого.
Н.Г.: Невидимый миру поединок двух манипуляторов…
Е.Т.: Это знание дает возможность манипулировать – безусловно. Скромность оставьте неудачникам. Пусть хоть она их украсит за неимением других украшений. А знающий, понимающий, умеющий и владеющий имеет право – право грамотно манипулировать.
Н.Г.: И как сегодня пришедшие на тренинг относятся к манипуляции?
Е.Т.: По-разному. Я прямо так откровенно и спрашиваю, есть ли те, кому не нравится слово «манипуляция»…
Н.Г.: И какой самый распространенный ответ?
Е.Т.: «Когда мною манипулируют – не нравится, а когда я манипулирую – очень даже нравится». Резко отрицательное отношение к манипуляции среди пришедших встретишь нечасто. Да и то только поначалу. Когда «потрем слово», многие смыслы проясняются и негатив уступает место шуткам. Латинское manus – рука, кисть, горсть, а также отряд (манипулярное построение) Манипуляция в этом мире началась, когда наш далекий предок взял в руку палку и оказал воздействие на ближайшее материальное тело. Инструмент воздействия и объект воздействия. Подговорить кого-то подсунуть дезинформацию своему противнику – суть та же. Манипуляция как частица и как волна. В русском языке поМАНить, приМАНка, обМАН – это МАНипуляция. В результате приходим к выводу, что ведь не всегда манипуляция во вред манипулируемому. Допустим, мужчина манипулирует женщиной в течение всего свидания, чтобы доставить как можно больше удовольствия. А женщины манипулируют мужчинами? А дети родителями? А родители детьми? Учителя учениками? Начальники подчиненными? А в искусстве? «Манипуляция сознанием зрителя» – одно из определений режиссуры. Господа, расслабьтесь и получайте удовольствие.
Н.Г.: Да, но будьте настороже. Кто-то ведь более других внушаем, подчиняем, впечатлителен, а кто-то более осторожен и коварен. Это типы. У каждого свое предназначение. Только все ли его знают? Вот что конкретно ВиктОр называл предназначением человека?
Е.Т.: Врожденную функцию. Предназначение здесь трактуется как типовая функция в стае, для выполнения которой особь рождается именно такой, а не какой-то другой.
ОСНОВНАЯ ПОСЫЛКА ТРЕНИНГА: «Через все эколого-географические испытания, выпавшие на планету Земля, человечество прошло и выжило не в одиночку, а системой под названием стая, где каждый прирожденно обречен выполнять функцию необходимую для выживания всей стаи». Слово в слово. Как произносил ВиктОр, так произношу и я. Если он родился защитником сзади, то у него такие-то кости, на них столько-то мышц, у него такого-то размера конечности, такой-то пульс, такая-то скорость прохождения нервного импульса. Все это именно такое, какое нужно, чтобы охотиться на мамонта и рвать пасти волкам и леопардам. Если же он родился дневным наблюдателем, то это глаза на «ниточке» и больше ничего не нужно… Генеральный функциональный тип – особь лучше всех в стае выполняет эту функцию. Всего таких функция восемь. Это и называется вектором в системно-векторном психоанализе. Вектор – направленный отрезок. Куда направлены все устремления – к какой жизненно важной цели. Это же ВиктОр и назвал обезьяной. Обезьяна, рожденная в стае для выполнения конкретных дел. Тип, вектор, обезьяна – это суть одно. Судьба, смысл жизни, призвание, предназначение. Для чего создан природой. А природа она хитрая. Чтобы особь делала то, что надо для выживания вида, выполнение ее функционала подкреплено положительной эмоциональностью – ей это делать нравится. Если я попадаю в свою глубинную древнюю функционально-ролевую подпрограмму, синхронизирован с ней весь мой жизненный сценарий, то я здоров, успешен, счастлив, с мной приятно находиться рядом и общаться… Как только я не делаю то, для чего родился, или пытаюсь делать не свое, к чему не приспособлен, картина противоположная – болею, страдаю, мучаюсь и мучаю других. «Работайте над своими слабыми местами! Тогда у вас будет очень много хорошо проработанных слабых мест».
Но в древней стае было все просто – одна особь рождалась для выполнения одной функции. А теперь все стало сложнее. Одна капсула живого вещества вмещает в себя несколько, – и это еще мягко говоря, – типов, векторов, обезьян. На тренинг идут обладатели… от пяти-то обезьян уж точно… Иногда замешаны в соматопсихологический коктейль и все восемь ингредиентов – полный стайный комплект. И в каждом конкретном человеке классической тип представлен не всегда целиком и в уникальном сочетании с другими типами. Обезьяны внутри меня сговариваются и враждуют. И всех их надо кормить – дать возможность выполнять свою древнюю функцию, что не всегда, и скорее очень редко, приветствуется социальными установлениями приличий, морали, нравственности и даже законов. Приходится древнюю функцию адаптировать и окультуривать. Вот из этих факторов и складывается уникальный жизненный сценарий каждой творческой индивидуальности – предназначение в современной его интерпретации. И именно это и определяем в течение тренинга для каждого клиента – сколько в нем обезьян, как они уживаются друг с другом, как в нужный момент «выпустить» подходящую для решения текущей задачи, и к какой великой цели направить сводный функционал. Это ювелирная работа с каждым участником процесса, но с помощью всей группы.
Н.Г.: И поэтому ты по-прежнему не планируешь вести тренинги в интернете?
Е.Т.: Я говорю людям вещи, которые могут серьезно повлиять на психику… Прежде чем что-то, рвущее шаблон, сказать, человека нужно постепенно подводить к сокровенным смыслам, наблюдать за ним, прощупывать, провоцировать, подключая к процессу других участников тренинга, и, наконец, выбрать нужный момент для того, чтобы повернуть его лицом к самому себе. Ничего этого ни по какому скайпу не добьешься. Не то чтобы там не видно ничего… Но почти ничего из того, на что я опираюсь. И я ведь наблюдаю за клиентами не только, пока они сидят передо мной, но и когда в туалет идут и чай пьют.
Думаем всем телом, тело не врет. Как сел, когда вздрогнул, закрытая поза или открытая, как двигаются не только голова и глаза, но и руки, ноги… А как часто я вижу нацеленную на себя ручку, словно копье… А еще бывает на ней яростно крутят колпачок, или крутят горлышко бутылки с водой – это они мне «голову отворачивают»… Ну а если уж разлили эту самую бутылку или чашку с чаем… Обезьяны пролезают в микрожестах, в позах, в мимике, в нюансах интонации, в оттенках смыслов слов. Обезьяны умнее, сильнее и быстрее нас, ведь они действуют из бессознания и подсознания. И обращаюсь я не к «человеку разумствующему», который пытается скрыть свою подноготную суть за рациональными «объясняловками», я обращаюсь к дремлющему в нем животному инстинкту, и работаю при этом тоже всем телом. И о каком интернете тут может быть речь… Есть аспекты жизни, которые технический прогресс сильно облегчает и это помогает духовному развитию. А есть ситуации, которые можно разрулить только в живом общении; есть такие сокровенные мысли, которые можно высказать только глядя в глаза друг другу; есть такие как телесные, так и интеллектуальные навыки, которые можно поставить только в непосредственном взаимодействии. Я не говорю уже об удовольствии, которые можно получить только в соприкосновении… Есть дела, которые даже королю приходится делать самому. Есть темы, которые можно прекрасно разрабатывать on-line. Системно-векторный психоанализ не из их числа.
Н.Г.: Какие вопросы сегодня задают чаще всего?
Е.Т.: Разные вопросы. Зависит от психотипа. Я сама всегда подталкиваю участников к вопросам: «Вопрос – начало вашего мышления!» Идете от метро или паркуете машину – придумывайте вопросы для интеллектуальной разминки. Сумел сформулировать вопрос – ответ обязательно придет. Но не на все вопросы можно ответить человеку на вводном или даже втором занятии. И не на пятом, это не раньше десятого, а вот это только в конце двенадцатого. Так и говорю: «Седьмое занятие. Десятое занятие». Это нормально. Значит, ответ ждет впереди. И замечательно, что вопрос возник уже сейчас – запустился процесс мыслительного поиска.
Н.Г.: А есть вопросы каверзные, которые слышать неприятно.
Е.Т.: «Что получу от тренинга?» Достал этот вопрос. Никто ничего здесь не получит, а только наработает сам с помощью преподавателя и возьмет из этого то, что сочтет нужным. Я работаю с мотивированными, а они уже знают, зачем пришли. Некоторым помогаю сформулировать действенный запрос. И тут все крутится вокруг самопознания.
Системно-векторный психоанализ – это типология, а значит, возможность разбираться в типах людей, знать свое природное предназначение и гармонично дополнять свой функционал недостающими типами и грамотно манипулировать окружающими.
Но это грандиозная работа над собой. Учимся пользоваться собой, принимать и любить себя. И это дело каждого участника. Я могу только подтолкнуть, поддержать, поправить, подсказать, намекнуть, растолковать. Но действенный смысл должен родится сам в его голове. А кто ждет, что его тут будут развлекать и все подадут, тот очень быстро понимает, что это не его формат. Здесь не «суши-бар», а «магазин рыболовного инвентаря». Не буду кормить страждущего каждый день рыбой, а даю удочку и учу ею пользоваться.
За вас ваши проблемы никто не решит. Решать их будете сами. Получите уникальное знание-инструмент. Можно сказать, что это ключ к решению любой проблемы. Но вернее будет сказать, что это не один «ключ» или несколько, а «набор отмычек». И к каждому замку подбирается своя комбинация. И еще… это незаконно. Так что свое счастье придется украсть у социальных норм и запретов.
Н.Г.: Ты тоже считаешь по схеме идеальную пару в конце тренинга?
Е.Т.: Да, конечно. Многие и идут ради того, чтобы найти свою «вторую половинку». Я рассчитываю ее основные векторные параметры. Но только «выписываю рецепт» на идеальную пару, «адрес аптеки» будете искать сами. Сразу предупреждаю, что не подстраиваемся под то, что уже есть. Работаем на здоровье, процветание и спасение капсулы живого вещества – вне зависимости связано ли это с сохранением сложившихся уз или нет. Бывает, пары формируются прямо на тренинге. Но расходится тоже немало. И, предупреждаю, расходятся чаще. Ведь сходились-то, не учитывая потребности своих типов, свою подлинную природную одаренность, поскольку не знали ничего о ней. А может эти устоявшиеся законные отношения являются причиной болезни, медленно убивают… А вот эти многочисленные, беспорядочные связи не только являются источником здоровья, но и формируют творческий потенциал. А кому-то вообще нужно создать экологическую нишу для выживания и не вылезать из нее ни «направо», ни «налево»…
Предупреждаю об этом и о многом другом. Шоковый тренинг: страшная правда, разрыв шаблонов, переворот сознания… Те, кто хочет сохранить в целости свои «розовые очки», бегите отсюда сразу. В них здесь полетят камни и бревна. Иллюзии не уцелеют. Этот тренинг не для всех. Правда, есть две стороны одного предупреждения. Некоторые, уже успешно пройдя все занятия, потом разочарованно спрашивают, а где же шок, где ожидаемый переворот? При этом они проходят тренинг «на ура!» и счастливы. Материал органично в них уложился и прекрасно вписался в их мировоззрение, придав уверенности в интуитивных позывах. Но вот где же обещанный шок? Я не пытаюсь заинтриговать таких, я действительно честно пытаюсь отпугнуть других. Есть те, кто не вынесет предстоящего напряжения и разочарования. Их уже нельзя тревожить, нельзя вырывать из тисков слишком сильных социальных контузий. Надо человека просто оставить в покое и помочь принять решение не посещать этот тренинг. ВиктОр называл эту стадию «разум, покалеченный безнадежно».
Н.Г.: Как же люди с этими знаниями адаптируются в социуме?
Е.Т.: Тут уж каждому решать самому, что важнее: чужое мнение или собственное здоровье? Ведь нет плохих или хороших типов. Есть только положительные и отрицательные черты каждого типа, но только с точки зрения какого-то другого типа. Никакой чертовой объективности не существует. У каждого типа точно найдем черты, и даже целые тенденции, похожие на какой-то другой тип, но обязательно найдем и диаметрально противоположные. Иногда мы они делают одно и тоже, но только по разным причинам и с разными целями. Невозможно угодить всем, нельзя быть милым и хорошим для всех вокруг. Это бессмысленная трата единственной жизни. Поэтому стоит приложить максимум усилий к тому, чтобы быть счастливым для самого себя. Если тебя не понимают, это их проблемы. Но не значит, что здесь нужно переть напролом. Можно быть терпимым к чужому незнанию. Понимающий ситуацию глубоко, как раз и может отпустить ее. Ты такой, а он другой. Вот и позволь другому быть другим. Включается великий мудрый принцип: «Твоя свобода заканчивается там, где начинается свобода другого человека». Виктор говорил: «Уважайте свои и чужие эрогенные зоны». О том же пословица: «Не лезь в чужой монастырь со своим уставом». И еще Ганзен в свое время говорил Толкачеву: «Никому ничего не доказывай, делай свое дело». Используй свои навыки с максимальной эффективностью и необязательно кричать об этом на всех перекрестках, бежать за каждым встречным и пытаться причинить ему «бесконечное счастье». Позаботься сперва о себе. Многие никак не могут научиться любить себя и все тренируются на других, как на кошках.
Первую половину жизни ВиктОр был летчиком, и из своей летной практики вынес много замечательных истин. При разгерметизации самолета на кого нужно одеть очередь кислородную маску в первую очередь – на себя или на грудного ребенка? Вот в том-то и дело… Если одеть маску на ребенка – и сам задохнешься, и ребенок тебе не поможет. В результате погибнете оба. А если сам сможешь действовать, то и ребенка спасешь. Великий завет Толкачева, который он прихватил буквально «с неба»: «Спаси себя – спасешь другого!» Прежде, чем корректировать другого, разберись сперва в себе. Много в меня ВиктОр сил вложил. Это такая кровавая коррекция была… Но зато и результат! Как только мы убрали патогенные факторы, разъедающие мое психическое и физическое здоровье, произошел гигантский качественный скачок в развитии. И многое стало видно и понятно в себе и в других. Тогда-то только он и дал мне благословение на ведение его тренинга. И тогда же открыл многие секреты метода и указал на всякие подводные камни.
И не имею я права без запроса лезть к кому-то и что-то там советовать. Все рекомендации только тогда, когда сам человек обратиться.
Нельзя никого спасти насильно и осчастливить все человечество против его воли. Некоторое время, очень давно, ВиктОр перенес этот синдром спасителя – жажду осчастливить все человечество. Но безнадежность этих усилий очевидна. Помощь пригодиться только тем, кто сам карабкается и реальность свою «взбивает до масла», как та лягушка, попавшая в молоко. Таким и помогал ВиктОр. Переводил нас «через пропасть», а потом давал «пинок» на счастье во всю дальнейшую самостоятельную жизнь. Только так и работает психоанализ – проходим какой-то отрезок вместе с клиентом, затем обязательно рассчитались и в разные стороны. Я не успела прочитать ВиктОру фрагмент из Ницше «Так говорил Заратустра»: «Я – перила моста на стремительном потоке: держись за меня, кто может за меня держаться. Но вашим костылем не служу я». Это так точно передает суть взаимодействия на тренинге. Наши двенадцать занятий как доски моста над пропастью вашего периода переоценки ценностей, сопровождаемого биохимическими цунами, сейсмоактивностью социальных платформ, интеллектуальными торнадо и духовными извержением дремлющих вулканов вашего мировоззрения. Но мост останется на месте, а путник пойдет дальше.
Эту цитату я прочитать ВиктОру не успела, а вот эту успела… Это там же, чуть выше: «Вы совершили путь от червя к человеку, но многое в вас еще осталось от червя. Некогда были вы обезьяной, и даже теперь еще человек больше обезьяна, чем иная из обезьян». ВиктОр тогда искренне повеселился. Теперь эти слова обретают совсем иные, гораздо более глубокие смыслы.
Н.Г.: Значит, мы помним историю этого явления – легендарного тренинга Толкачева, – системно-векторный психоанализ дышит сегодняшним днем и у него есть завтра… А наш любимый ВиктОр по-прежнему с нами. Его духовное наследие – самое настоящее бессмертие.
Е.Т.: Он часто повторял во время занятий: «Не я говорю, мною говорят». И мне иногда кажется, что через меня говорит учитель. Я порой физически ощущаю приход живого смыслового потока, наверное, прямо из какого-то информационного поля Земли. Это как будто подключаешься к вселенскому «абсолютному винчестеру». Наверное, его наследие, как и наследие многих других творцов там и хранится на неведомых нам носителях. ВиктОр все повторял строчку Пушкина: «Нет, весь я не умру…» Только «душа в заветной лире» он перефразировал как «мой дух в заветном мире». Где-то ведь витают все творческие достижения, духовное наследие Земли – истинные человеческие ценности.
Живая идея бессмертна. Этот тренинг – живой организм.
Н.Г.: Кстати, в воздухе до сих пор висит вторая половина моего первого вопроса: а сможет ли кто-то другой когда-нибудь вести тренинг ВиктОра… Вот теперь даже не знаю как и сказать – не скажу, что как он, не скажу, что как ты. Вернее будет сказать, с твоим тонким корректным бережным подходом и в тоже время… так ярко высветив собственную творческую индивидуальность.
Е.Т.: ВиктОр в свое время буквально реанимировал мое Я. Это так, и я ему благодарна. Потом я почти семь лет работала с ним плечом к плечу. И не только я училась у него. Он не переставал учиться до последних дней. Надеюсь, и я дала ему много. Но ВиктОр был именно учителем – мог не только обучить методике, но и научить думать, любить, учиться и учить. У меня, разумеется, несколько иная внутренняя творческая организация, у меня иные целевые установки и навыки. И я себя считаю даже не тренером, а именно больше специалистом, экспертом по системно-векторному психоанализу. Уже очевидно, что моя судьба будет во многом другой. Но все, что в моих силах, чтобы тренинг жил и развивался, я сделаю. Возможно, сумею сделать так, чтобы он не был столь зависим от индивидуальных особенностей ведущего. Неизбежно рядом будут рядом оказываться разные люди, которые будут влиять и на меня, и на тренинг.
Когда-то кто-то другой сделает как-то по-другому. Остается надеяться, что при этом тренинг останется тем, что есть, а не чем-то другим.

Постоянная ссылка на это сообщение: http://in4life.ru/?p=609

Добавить комментарий